«Ля-иляха-илля-Ллах: нет божества, кроме Аллаха». Эта фраза начинается с отрицания: «нет божества». И только потом идёт утверждение: «кроме Аллаха». В этой фразе два движения - отрицание и утверждение. Прежде чем назвать Того Единственного, Кто стоит за всем, сначала отбрасывают всё, чему поклоняются помимо Него.
Первый шаг - оставить запретное
Так строится и вход в саму веру. Нам часто кажется, что главное - начать делать. Но мы упускаем то, что не менее важно: оставить греховное. Не пить, не лгать, не брать чужое, не злословить, не преступать то, что прямо названо запретным.
Логика здесь простая, хотя её легко упустить. Трудно вложить что-то новое туда, где ещё лежит то, что разрушает. Поэтому перед строительством необходимо остановиться и перестать разрушать. Иначе новому трудно удержаться.
Влияние греха
Запретное не остаётся в стороне: оно влияет и на то доброе, что человек делает параллельно с ним. В исламе говорится: доброе, что человек делает, перестаёт приниматься в полную силу, пока рядом остаётся то, что явно нарушает запрет. Не потому, что доброе дело исчезает бесследно, а потому, что нарушение не бывает нейтральным соседом - оно затрагивает всё, что стоит рядом. Пять раз в день человек обращается к Аллаху, а запретное тянет это обращение вниз.
В преданиях говорится: когда человек совершает грех, в его сердце появляется чёрная точка. Покается - она стирается. Грешит дальше - она растёт, пока не покроет сердце целиком.
Что помогает оставить запретное
В исламе есть то, чего делать нельзя, - запретное (харам). И есть то, что делать обязательно (ваджиб). Из обязательного самое сильное - намаз. Это не один из пунктов в списке, а столп: он прямо влияет на человека. Если человек не отступает от него и совершает вовремя, намаз постепенно выводит из греха. Из большого и из малого.
Вначале мы говорили: перед строительством необходимо перестать разрушать. Но человек, который грешит и поэтому не молится, похож на того, кто пачкается и поэтому не моется: «Вот перестану пачкаться, тогда и вымоюсь». Представим двух людей, которые одинаково пачкаются каждый день. Один вечером моется, хотя на следующий день может испачкаться снова. Другой решил вымыться, когда перестанет пачкаться, и грязь ложится на него слой за слоем. Грешить - значит пачкаться. Оставить намаз - значит ещё и перестать мыться. Тот, кто грешит, но намаз не оставляет, каждый день смывает с себя то, что налипло, и со временем ему всё труднее пачкаться снова.
Поэтому человек, который пока грешит, не должен бросать намаз и ждать дня, когда справится с собой. Оставлять запретное можно сразу, а можно шаг за шагом. Но намаз при этом не бросают. Одно поддерживает другое: то, что человек делает верно, становится опорой, чтобы однажды отпустить и то, что его разрушает. Молитва в такие дни - не формальность и не то, что можно отложить до момента, когда человек станет безупречным. Она и есть самое устойчивое, за что можно держаться, пока грех ещё не оставлен.
В Коране сказано: «И совершай молитву [обрядовую] в обоих концах дня и [во время] приближения ночи! Поистине, добрые [деяния] удаляют злые» [Коран, 11: 114]. И ещё: «молитва удерживает [человека] от мерзости и предосудительного» [Коран, 29: 45]. Поэтому из всех видов поклонения именно намаз обязателен при любых обстоятельствах. Нет состояния, в котором его можно оставить, кроме установленных женских дней. Даже в тяжёлой болезни, даже на пороге смерти человек совершает намаз - меняется только его форма: стоя, сидя, лёжа, движением глаз. Так намаз и вытягивает человека из греховного: не рывком, а день за днём.
Намаз - не награда за праведность и не привилегия безгрешных. Его совершают не те, кто уже победил свои слабости, а те, кто с ними борется. Намаз и дан человеку как помощь в этой борьбе: он понемногу очищает и с каждым разом приближает к Богу.